Попрошаек можно разделить на несколько типов: «нишие»; «потерпевшие»; бомжи,
бродяги, дети из неблагополучных семей; просящие пожертвования на
благотворительные цели; одалживающие деньги.
Мишенью воздействия во всех случаях попрошайничества является чувство жалости,
сострадания. Приманкой — обыгрывание соответствующих событий, долженствующее
вызывать упомянутые чувства. Для некоторых подающих сам акт пожертвования
позволяет ощутить свое благородство или свое превосходство над просящим
милостыню. Аттракции способствует отвечающие ситуации одежда и поведение
попрошайки.
В крупных городах самые «хлебные» места — вокзалы, метро, подземные переходы —
давно поделены синдикатами профессиональных попрошаек. «Чужой» там и десяти
минут не простоит: пришибут! Почти все эти вызывающие жалость «персонажи» —
просто марионетки, управляемые незримыми кукловодами.
Сострадатель, дающий на хлеб какой-нибудь аккуратной старушке-пенсионерке,
никогда не догадается, что после своего «трудового дня» бабуля отправится
сдавать часть выручки председателю «кооператива», дабы ее на другой день за
укрытие доходов не согнали с доходного места. «Нищие»-профессионалы,
зарабатывающие в несколько раз больше тех, кого сама жизнь вытолкнула на
паперть, смотрят на их пассивность с ехидцей и издевкой.
Некоторых «нищих» привозят на иномарках последних моделей. То хозяева притонов
везут своих «сотрудников» — попрошаек-калек — на работу. «После смены» их
заберут обратно. Вместе с «заработком», который составит за день от 50 до 100
долларов «на рыло». О доходах у нищих спрашивать не принято. Нищие ведь— какие
деньги? Но наиболее талантливые еженедельно сдают «кассу» валютчикам,
обслуживающим их регион. Любопытно: минимальные доходы, как правило, у тех, кто
действительно нуждается и у кого нет ни на хлеб, ни на ночлег.
Настоящего нуждающегося от мнимого отличить легко. У него, как правило, нет
своей «истории падения». Такие в основном сидят молча, выбирая из толпы
понравившееся доброе лицо. И лишь тогда, когда этот человек поравняется с ними,
могут протянуть руку. И непрофессионально к тому же.
«Попрошайка»-мошенник держится куда увереннее. У него и легенда, связанная с
бывшей работой в министерстве, и парочка медалей позвякивает на лацкане
заштопанного и заглаженного пиджачка. Он, если хотите, и «Славянку» на гармошке
сбацает. И «жена» при нем может пуститься в пляс. И на лицах их ясно написано:
«Нам трудно, но мы не выпрашиваем. Мы при всей своей худой жизни веселимся сами
и веселим других».
Нельзя стать «грамотным нищим» без соответствующей подготовки. Прохожие, как
правило, лишь тогда проявляют сердобольность и великодушие, когда дорогу
преграждает попрошайка, пострадавший от войны или цунами, от извержения вулкана
или смерча, от политического переворота или землетрясения. При этом
профессионалы-мошенники прекрасно знают, что внешность, убогая от природы,
производит гораздо меньшее впечатление, нежели созданная двумя-тремя умелыми
штрихами. Однорукий не всегда способен вызвать жалость к себе. С другой
стороны, более одаренным зачастую недостает культи.
Необходимым и достаточным условием для нищего всегда было его умение выжать
слезу сострадания. И нищие «по призванию» это знают, чувствуют. Собственной
бедой ближнего не растрогаешь, поэтомук своей легенде стремятся присовокупить
еще и беды страдающей семьи. Все мы охотнее подадим на операцию воображаемому
ребенку, чем его больной мамаше, даже если на ее лице явно просматривается
скорый летальный исход. Очевидной безногости мало, просто «инвалид с детства»
рискует нарваться на укоризну, что остальные тоже «не чемпионы юности». Нужна
еще одна фигура: например, уже не молодая и отказавшаяся от женского счастья
ради ребенка-инвалида мать. Или сестра. Этакая художественная деталь, способная
ранить сердце даюшего.
Мнимые вдовы героев афганской или чеченской войны котируются выше самих
«афганцев» (подлинных — одна на десяток фальшивых; причем настоящим редко подают
— мало убедительности, артистизма что ли). Беженцам в вагонах метро (нередко
одетым лучше большинства пассажиров) охотнее протягивают рубль помощи при
наличии тощих деток, которые «ничьи и не имеют где жить». Даже если исходный
пункт «бега» называется с ошибками в наименовании местности.
В попрошайничестве сегодня жестокая конкуренция. О количестве людей, просящих
подаяние только в Москве, можно судить лишь по косвенным фактам. В каждом из 302
подземных переходов столицы несут «трудовую вахту» 1—4 нищих. Около 150 станций
метро — переходы между ними приютили не менее 300— 400 представителей
нищенствующей братии. Например, на станции метро «Боровицкая» дежурный
милиционер ежедневно видит 8—10 нищих, на станции метро «Смоленская» их вдвое
меньше. Поездные бригады просящих в метро насчитывают в общей сложности 100—
130 человек. На центральных улицах столицы через каждые 50 метров можно
встретить человека с протянутой рукой: 30—40 человек в зависимости от
протяженности улицы. Да и в спальных районах столицы они не редкость. Несколько
десятков нищих «обрабатывают» каждый из девяти железнодорожных вокзалов.
Доходы в этой среде, как и в обществе в целом, разнятся в десятки раз. Старикам
подают меньше. На станции метро «Тургеневская» больная одинокая бабуля
признается, что собранных денег едва хватает на хлеб и молоко. Зато хорошо
«зарабатывают» инвалиды на ВВЦ: за день — до 80—100 рублей. Рекордные
«заработки» на центральных станциях метро — 150 рублей за пару часов. Но сюда
посторонним не пробиться: все места давно и строго поделены между нищенствующей
элитой.
Да и способ попрошайничества у нищего-профессионала может несколько раз за
сутки меняться. Днем мошенник займет место около светофора на автомагистрали.
Будет слоняться между иномарок, протягивая к открытому окну грязную руку, к
вечеру переберется к какому-нибудь отелю или ресторану, где можно рассчитывать
на валютную выручку.
Он различает языки и знает, что французы, немцы, англичане практически не
подают. Скупердяи. Зато американцы, испанцы, итальянцы, лица кавказской
национальности почти никогда не кидают в шапку купюры мелкого достоинства.
К полуночи пройдется по бульварам, где на лавочках мурлыкают влюбленные
парочки.
Режиссеры «спектаклей», устраиваемых попрошайками, чутко реагируют на все
происходящее и вводят новые «роли». К примеру, во время натовских бомбардировок
Югославии на вокзалах и в поездах появились хорошо одетые молодые люди, якобы
представляющие общественные организации. Вот типичная сценка.
«Граждане пассажиры! Наш молодежный комитет прямого действия ведет сбор средств
для детей Сербии. Поможем братскому народу выстоять в святой борьбе!» —
приятным баритоном объявляет юноша с ящиком в руках и вместе с миловидной
спутницей идет по вагону. Подают охотно. Купюры и монеты исчезают в прорези
ящика.
Лишь один дотошный пассажир поинтересовался, что это за комитет такой и как он
поможет сербским детям? Но в ответ прозвучали общие фразы о гуманитарной помощи
и проклятия в адрес «кровавого палача Клинтона». Не утруждая себя дальнейшими
объяснениями, парочка продолжала «прочесывать» вагон за вагоном. К слову
сказать, организация такого названия в России не зарегистрирована.
В это же время по российским городам гастролировала многочисленная «труппа»
побирушек из Молдавии. Они работали под сербских беженцев, пострадавших от
бомбардировок НАТО.
После взрывов террористами двух домов в Москве объявилась бригада попрошаек,
выдающих себя за жертвы этих терактов. Погуляешь по Москве, Питеру или другому
крупному городу, насмотришься на мнимых нищих — и не надо вечером усаживаться
около телеящика, чтобы узнать, какие катаклизмы происходят у нас в стране. Они,
нищие-мошенники и их боссы, не хуже нас следят за средствами массовой
информации, дабы уже на другое утро переквалифицироваться в жертву терроризма
или урагана, в мать, потерявшую сына на чеченской войне или умершего по
недосмотру врачей от аппендицита.
Сейчас все чаще на рынках, в электричках, вагонах метро можно встретить
сборщиков пожертвований «на строительство или ремонт» храмов и монастырей.
Ходят они как в обычной, так и в монашеской одежде. Между тем, в отделе
церковной благотворительности Московской патриархии подтвердили факт того, что
слишком много развелось жуликов, прикрывающихся именем Божьим. Сбор денег в
общественных местах никому не поручали. А секретарь Московского епархиального
управления протоиерей Александр Ганаба отметил, что вообще невозможно для
церковнослужителя в священнической одежде с крестом на груди ходить и собирать
пожертвования.
В качестве приманки может быть инсценировано некое происшествие, наверняка не
оставляющее свидетелей равнодушными. Вот сценка, описанная читательницей А.
Муравьевой из Московской области в ее письме в «Комсомольскую правду»:
«В выходной день мы с мужем делали покупки на одном из подмосковных продуктовых
рынков и вдруг услышали душераздирающий вопль, а потом плач и причитания.
Обернувшись, увидели старенькую бабуль-ку лет под 80. Она показывала всем
окружающим разрезанную сумку и сквозь слезы, душившие ее, рассказывала, что у
нее украли последние деньги.
Начал собираться народ, за минуту вокруг несчастной образовалась небольшая
толпа. Мне стало безумно жаль старушку, я метнулась к ней, протягивая червонец.
Многие завздыхали и тоже потянулись за кошельками.
Но каково же было мое удивление, когда к бабуле неожиданно подскочила
разъяренная продавщица из близстоящего ларька и закричала: «Мошенница! Старая
аферистка! Хотя бы рынки меняла! А то за два месяца у нее на этом месте уже
четвертый раз сумку режут. Разжалобит людей, соберет денежки — и ходу!». Пока
мы все это слушали, разинув рты, «ограбленной» и след простыл».
Список приманок, используемых мошенниками-попрошайками, можно продолжать
бесконечно: надо отдать должное менеджерам этого бизнеса — головы у них
работают превосходно!
Достигнув с помощью аттракции и всевозможных приманок попадания в мишень
воздействия— сострадание, мошенники переходят к реализации следующего блока
манипулирования жертвой — понуждению к действию.
Это могут быть либо слова самого просящего, либо действия его сообщников. Вот
как это нередко происходит в электричках. Минут за 10—15 до отправления
электропоезда в первый его вагон входит бедно одетая женщина с маленьким
ребенком на руках и жалостливо обращается к пассажирам: «Люди добрые! Мы сами
не местные. У нас случилось несчастье! В дороге, прямо в поезде, умерла моя
мама, и у нас теперь не хватает денег на питание и обратный путь. Помогите кто
чем может!». Тут с места поднимается пожилой мужчина и хорошо поставленным
голосом, громко, чтобы его услышали во всем вагоне, сочувственно заявляет: «На
святое дело не жалко!» — и кладет в сумочку женщины четвертной или больше. Тут
же среди пассажиров начинается движение, трешки, пятерки и червончики
перекочевывают в сумочку просительницы, а благородный пассажир спохватывается,
будто что-то забыл, и спешит к выходу, чтобы поспеть к повторению представления
в следующих вагонах. Затем женщина с ребенком и подсадными актерами сходят на
какой-либо станции и спешат на следующую электричку, где проделывают то же
самое. Барыши за несколько таких рейсов набегают немалые. И уже потом, когда
собранная сумма оказывается достаточной, женщина сдает ребенка старушке,
которая торгует сигаретами и водкой возле вокзала и принимает плату за «прокат»
малыша.
Понуждением к действию может стать и угроза доставить какие-либо неприятности.
В автомобильных пробках у светофоров явных бомжей почти что вытеснили таджики и
молдаване. Это профессиональные нищие. Они работают, как правило, целыми
семьями: мужчины сидят на обочине дороги, дожидаясь, пока им сдадут «выручку».
Женщины со множеством золотых зубов и маленькими, подчас грудными, детьми на
руках ходят возле машин, явно предпочитая иномарки. Остальные дети 5—12 лет
работают здесь же и как бы самостоятельно, а на самом деле под присмотром
взрослых мужчин семейства.
Если водитель не протянет купюру, могут плюнуть на капот или лобовое стекло.
Практически никто из водителей не выскочит из машины, чтобы проучить наглецов,
—- себе дороже (о чем водитель наслышан из рассказов потерпевших коллег).
«Заработки» у этих семейств немалые. Судите сами: красный глазок светофора горит
минуту-полторы. За это время человек пять обходят машины. Успевают «пообщаться»
как минимум с тремя-четырьмя водителями.
А как могут вышибать слезу дети! Маленькие мошенники лучше, чем таблицу
умножения, заучили способы выколачивания денег у населения. Наверное, почти
каждый автовладелец становился жертвой их «детских» хитростей. Вот стая
оборванных мальчуганов на бензоколонку готова передраться — кому первому
засунуть заправочный шланг в ваш бензобак. Другие на перекрестках пщикнут
«Секундой», размажут грязь на лобовом стекле и тут же тянут руку за гонораром. А
не заплатишь — могут треснуть чем-нибудь тяжелым по кузову, и врассыпную.
Сборщики пожертвований атакуют наших граждан не только в пути их следования «из
пункта А в пункт Б». Они могут напасть и в любом из этих пунктов — будь то
работа или дом. Время от времени в почтовом ящике оказываются листовки с
призывом «Помогите!». И бланк банковского поручения с указанием расчетного
счета какого-нибудь «благотворительного» общества. Ни почтового адреса, ни
телефона. Сразу вспоминается «Союз меча и орала» Остапа Бендера, собиравшего
пожертвования для «голодающих детей».
Многие петербуржцы с удивлением узнали из одного телесюжета, что под именем
«иеромонаха валаамского Владимира» в городе орудовал... вор-рецидивист.
Мошенник успел «нагреть» почти три десятка коммерческих организаций. Облаченный
в церковные одежды, со сфабрикованными документами, лжемонах кочевал из офиса
в офис и выманивал у коммерсантов пожертвования для «валаамских сироток». И,
надо признать, редко получал отказ. Пожертвования он принимал в виде партий
продовольствия и одежды. Товары шли перекупщикам на рынках. Например, на пивном
заводе он получил 600 бутылок пенного напитка. В другой фирме ему все же
указали на дверь, усомнившись в необходимости поддержать «сироток» сотней
бутылок алкоголя. А разоблачить мошенника помог коммерсант, удивившийся, почему
«сироткам» нужна одежда не меньше 50-го размера! Теперь к пяти судимостям
лжемонаха добавится еще одна.
«Одолжи, отдам с процентами» — на этот вид попрошайничества попадаются многие.
Состоит мошенничество в следующем. Знакомый человек одалживает у вас 600
долларов на 3 месяца. Ровно в срок отдает 700 долларов. Потом одалживает 700 и
отдает 800. Создается прочная репутация порядочного человека, который отдает
деньги и даже с процентами. А механика проста: берет у одного тысячу, 800
отдает другому, остается 200 на жизнь. И так по кругу. Когда доверие завоевано,
одновременно одалживает человек у двадцати крупные суммы и едет, допустим, на
Канары. Мошенники стараются выбрать страну, которая не входит в Интерпол, чтобы
их уж точно не нашли. Один ушлый одолжил 500 тысяч долларов, го ищут до сих пор.
Другие действуют не так нагло, деньги все же отда-т, но через столь большой
срок, за который инфля-ия съест значительную часть одолженной суммы.
Нищенство — проблема, скорее, крупных городов. В маленьких среднерусских
городках Тверской, Ярославской, Ивановской и других областей нищих встретишь
редко. Во-первых, там чуть ли не все друг друга в лицо знают — попрошайничать в
открытую стыдно. А во-вторых, в российской глубинке сегодня люди месяцами не
получают зарплаты или находятся в бессрочном производственном отпуске — какие
подаяния, самим бы продержаться! О деревнях и говорить нечего, там нищенство не
в почете.
Поэтому и осуществляют нищие свои «набеги» на более-менее крупные города: здесь
легче затеряться, «повесить лапшу на уши» вечно спешащим людям.
Народ мы сердобольный. При виде горемыки рука сама тянется к кошельку. Но для
организаторов этого мошеннического бизнеса все мы просто «лохи». Хотите помочь
обездоленным? Так подарите мешок отборной картошки одинокой пенсионерке, живущей
неподалеку. Или помогите, хотя бы одеждой для детей матери-одиночке, еле
сводящей концы с концами.
Игра в наперстки
«Экспресс-лотерея»
Карточные игры
«Стимулирующие» игры
Игры в казино
Азарт как мишень воздействия на жертву
ГАДАНИЕ
Гадание на картах
«Снятие порчи»
Мнимые наркологи
Шарлатаны: из прошлого — в настоящее
«Ясновидцы»
Экстрасенсы
Брачные агентства
ВАЛЮТА, ДЕНЬГИ. ФИНАНСОВЫЕ ОПЕРАЦИИ
ТРУДОУСТРОЙСТВО
ОТДЫХ
В ДОРОГЕ
МОШЕННИЧЕСТВО С ДОСТАВКОЙ НА ДОМ
БОЙТЕСЬ ДАНАЙЦЕВ, ДАРЫ ПРИНОСЯЩИХ
ПОД ЧУЖОЙ ЛИЧИНОЙ
ФИРМЕННОЕ МОШЕННИЧЕСТВО
СЕКС-ЛОВУШКИ
ПОД ПРИКРЫТИЕМ ВЕРЫ
МОШЕННИЧЕСТВО ЗА РУБЕЖОМ
ЗАЩИТА ОТ ОБМАНА
статьи © 2008 Виды мошенничества и как их избежать, но всегда внимательно относитесь ко всем операциям с деньгами, карточным играм, рулеткам и прочее. Криминальные метки и прочее
При копировании долда быть активная ссылка на наш сайт http://comber.ru/!
Дерево до 30 м высоты с темно-серой растрескивающейся корой и широкой Вакансии в Саратовской области раскидистой кроной. Листья крупные, непарно-перистые, с 5—9 цельпокраиними или слабозубчатыми, на верхушке тупыми или заостренными листочками. Цветки тычиночные в одиночных сережках, пестичные Лучшая детская питьевая вода агуша. одиночные или по нескольку сидячие в кистях. Нижнее белье от Jean Jaqcuard: постельное белье. Стильное нижнее белье из Италии. Плод — голая зеленая костянка, семя с плотной морщинистой стоимость расходных. Торговое оборудование расходные материалы для принтеров этикеток. оболочкой, по бокам с тупыми ребрами. брокер ВТБ Встречается изредка по всей Белоруссии в парках и уличных посадках (I—VII) В СССР распространен на Кавказе, в Средней Азии — одичало и дико. Заготовки возможны в небольших количествах. Лекарственным сырьем являются листья грецкого ореха — Folia Juglandalis, а также свежие незрелые плоды и околоплодник—Fructus et cortex-seu nucutn Juglandis. Собирают отдельные листочки сложного листа во время цветения растения. Их обрывают руками и сушат в тени.